Записи с темой: эрагон (список заголовков)
01:15 

~1~ Пролог. Тень страха

В ночи завывал ветер, неся с собой запах, который изменит мир. Высокого роста Тень* поднял голову и втянул ноздрями воздух. Он выглядел почти как человек, вот только волосы его были тёмно-красными, а глаза – бордовыми.
Тень удивлённо моргнул. Донесение оказалось верным: они здесь. Или это ловушка? Он взвесил все шансы, затем холодно проговорил: «Всем рассыпаться; прячьтесь за деревьями и кустами. Задержите всех, кто здесь появится… или умрите».
Вокруг него зашаркали ногами двенадцать ургалов с короткими мечами наперевес и круглыми железными щитами, расписанными чёрными символами. Внешне ургалы походили на людей, но ноги их были кривыми, руки – толстыми и грубыми, как будто сама природа предназначила их для крушения, а над маленькими ушами у каждого росла пара изогнутых рогов. Монстры с хрюканьем поспешили спрятаться в зарослях кустарника. Скоро шорох прекратился, и в лесу вновь стало тихо.
Тень выглянул из-за толстого дерева и посмотрел на тропу. Ни один человек не смог бы ничего разглядеть в такой темноте, но для Тени неяркий лунный свет походил на солнечное сияние, струящееся меж деревьев; его проницательный взгляд ясно и чётко примечал всё до последней мелочи. Мужчина держался неестественно бесшумно, сжимая в руке длинный тусклый меч. Вдоль клинка следовала тонкая, как проволока, царапина, а сам он был таким узким, что мог легко проскользнуть меж рёбер, но и достаточно прочным, чтобы разрубить самую крепкую броню.
Зрение ургалов уступало Тени; они шли ощупью, как слепые попрошайки, натыкаясь на своё же оружие. Внезапно тишину разорвало пронзительное уханье совы. И только когда птица пролетела мимо, все смогли вздохнуть спокойно. Но затем монстры принялись дрожать от ночного холода; под чьим-то тяжёлым сапогом с треском сломалась ветка. Тень гневно зашипел, ургалы отпрянули назад и застыли без движения. Он подавил отвращение – от его подручных несло гниющим мясом, – и отвернулся. Ведь они были всего лишь инструментами, не более.
читать дальше
запись создана: 22.09.2008 в 22:18

@темы: бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

23:17 

~2~ Находка

        Эрагон опустился на колени в истоптанный тростник и опытным взглядом изучил следы. По ним выходило, что олени прошли через низину всего лишь полчаса назад. Скоро они устроятся на ночлег. Маленькая олениха, на которую охотился юноша, — та, что хромала на левую переднюю ногу, — по-прежнему была в стаде. Просто поразительно, как её до сих пор не задрал медведь или волк.
        Ночное небо было ясным и тёмным, в воздухе проносился лёгкий ветерок. Серебристое облако плыло над горами, окружавшими Эрагона, и вершины их отливали алым в свете полной осенней луны, убаюканной меж двумя пиками. По склонам гор текли ручьи с бесстрастных ледников и искрящихся снежных шапок. Поднявшийся туман стлался вдоль дна долины и был таким густым, что в нём и собственных ног не разглядишь.
        Эрагону было пятнадцать, до возраста зрелости ему оставалось меньше года. Его глаза полнил насыщенный оттенок карего, а брови были густыми и тёмными. Юноша носил довольно потрёпанную крестьянскую одежду; в ножнах на ремне висел охотничий нож с костяной рукояткой, а чехол из оленьей кожи защищал от тумана тисовый лук. Ещё Эрагон нёс с собой заплечный мешок на деревянной основе.
читать дальше

@темы: бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

03:20 

~3~ Долина Паланкар

        На следующее утро великолепное пламенеющее солнце окрасило рассветное небо в розовые и жёлтые тона. Воздух был свежим, сладким и очень холодным. Лёд окаймил ручьи, а маленькие лужицы полностью замёрзли. Позавтракав кашей, Эрагон вернулся в лощину, чтобы получше осмотреть выжженный круг. Но в утреннем свете не открылось никаких новых подробностей ночного происшествия, поэтому юноша пустился в обратный путь, домой.
        Неровная звериная тропа едва виднелась в траве, а местами и вовсе пропадала. Она часто меняла направление, и тому, кто по ней шёл, порой приходилось делать большой крюк — ведь её протоптали животные. Но, несмотря на все изъяны, это был самый быстрый способ спуститься с гор.
        Спайн был одним из тех немногих мест, которые Король Гальбаторикс не мог назвать своей собственностью. До сих пор среди местных ходили истории о том, как половина его армии исчезла, войдя в этот древний лес. Казалось, что над ним простиралась завеса несчастий и неудач. Пусть и деревья там росли высоко, и солнце светило ярко, а всё же немногие люди могли долгое время оставаться в Спайне и не пострадать от какого-нибудь несчастного случая. Эрагон принадлежал к этим немногим — но, как ему казалось, не из-за какого-то особого дара, а благодаря постоянной бдительности и отличной реакции. Паренёк уже многие годы ходил в горы, но по-прежнему остерегался их. Каждый раз, когда Эрагон думал, что они раскрыли ему свои секреты, случалось нечто такое, от чего он вновь переставал их понимать, — вот как появление камня.
        Юноша шёл быстрым шагом, неуклонно отмеряя лигу за лигой. Поздним вечером он достиг края отвесного ущелья. Далеко внизу стремительно несла свои воды река Анора, держа путь в долину Паланкар. Впитав в себя сотни ручейков, река с неукротимой силой боролась со скалами и валунами, преграждавшими ей путь. В воздухе разносился низкий гул.
        Эрагон нашёл временный приют в зарослях кустарника у обрыва и, полюбовавшись на восход луны, улёгся спать.

читать дальше

@темы: бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

02:00 

~4~ Истории о драконах

        На заре солнечные лучи заструились через окно, согревая лицо Эрагона. Протирая глаза, юноша сел на краю постели, опустил ступни на холодный сосновый пол, вытянул натёртые ноги и, зевая, потёр спину.
        Рядом с кроватью высился ряд полок, заставленных собранными Эрагоном предметами. Там лежали искривлённые ветки и корни, необычные осколки раковин, обломки камней, гладкие и блестящие на месте слома, и полосы сухих трав, завязанные в узлы. Больше всего пареньку нравился корень, скрученный настолько, что никогда в жизни не надоест его разглядывать. В остальном же комната была пуста, рядом стояли только небольшой комод и тумбочка.
        Юноша натянул сапоги и задумчиво уставился в пол. Сегодня был особенный день. Почти в этот же самый час, только шестнадцать лет назад, его мать Селена вернулась домой, в Карвахолл, — беременная и без мужа. Шесть лет она прожила в городах, вернулась в богатых одеждах и с жемчужной сеточкой в волосах. Разыскав своего брата Гэрроу, Селена попросила разрешения остаться с ним, пока не появится ребёнок. Через пять месяцев у неё родился сын. Все были потрясены, когда Селена со слезами умоляла Гэрроу и Мэриан вырастить его. На вопросы о причине такого решения она лишь плакала и говорила: «Я должна». Её мольбы становились всё отчаяннее, пока наконец родные не согласились. Женщина дала сыну имя — Эрагон, — а на следующее утро ушла с рассветом и больше не возвращалась.
        Эрагон ещё помнил чувства, охватившие его, когда Мэриан перед смертью рассказала ему эту историю. Осознание того, что Гэрроу и Мэриан не были его настоящими родителями, сбило его с толку. То, что казалось неизменным и неоспоримым, внезапно превратилось в неясное. В конце концов, юноша научился жить с этим, но так и не смог избавиться от ноющей иглы в сердце — подозрения, что для своей матери он оказался недостаточно хорош. Я уверен, что её поступку была веская причина; хотелось бы мне только знать, какая именно.
        И ещё один вопрос беспокоил юношу: кто его отец? Селена не признавалась, и, кто бы он ни был, сюда в поисках сына этот человек не приходил. Эрагон очень хотел узнать, кто он, — хотя бы только имя. Всё-таки, неплохо было бы познакомиться с собственным наследием.
        Вздохнув, Эрагон подошёл к тумбочке, плеснул в лицо водой и поёжился, когда холодные капли потекли по шее. Освежившись, он достал камень из-под кровати и положил на полку. Утренний свет ласково огладил находку, на стене появилась тёплая тень. Паренёк ещё раз дотронулся до камня — и побежал на кухню, спеша увидеть родных. Гэрроу и Роран уже сидели за столом; на завтрак была курица. Как только Эрагон поздоровался с родными, Роран усмехнулся и встал.
читать дальше

@темы: бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

02:52 

~5~ Подарок судьбы

        Вечером, после возвращения из Карвахолла, Эрагон решил проверить камень, как это делал Мерлок. Оставшись один в своей комнате, юноша положил свою находку на кровать, а рядом с ней — три инструмента. Для начала он взял деревянный молоточек и слегка постучал по камню. Раздался тонкий звон. Довольно кивнув, Эрагон взял следующий инструмент — тяжёлый молоток, обитый кожей. После этого удара по комнате разнёсся звон погромче — печальный. Наконец, юноша ударил по своей находке маленьким долотом. Металл не оставил вмятин и не поцарапал камень, но звук от него был самым чистым. Когда замер последний отголосок, Эрагону почудился слабый писк.
        Мерлок сказал, что камень полый; а ведь внутри может быть что-то ценное. Хотя я и не знаю, как его открыть. Должно быть, форму ему не просто так придали — но, кто бы ни послал этот камень в Спайн, он не потрудился вернуть его — или не знает, где он. Вот только не верится мне, что волшебник, у которого хватило силы переправить сюда камень, будет не способен снова его найти. Получается, эта штука была предназначена мне? На этот вопрос юноша не мог ответить. Махнув рукой на неразрешимую загадку, он подобрал инструменты и вернул камень на полку.

        В ту ночь что-то внезапно пробудило Эрагона ото сна. Паренёк внимательно прислушался. Тишина… В тревоге он сунул руку под тюфяк и зажал в ладони нож. Выждал пару минут — и вновь медленно погрузился в сон.
        Внезапный писк пронзил тишину, снова вырывая юношу из дрёмы. Скатившись с постели, Эрагон выдернул оружие из ножен. Нащупав трутницу, зажёг свечу… Дверь в его комнату была закрыта. Хоть писк и был слишком громким для мыши или крысы, паренёк всё же проверил под кроватью. Ничего. Сев на край тюфяка, юноша протёр глаза, прогоняя остатки сна, — и вздрогнул, когда в комнате раздался новый писк.
        Откуда этот шум? Ни в полу, ни в стенах ничего не могло быть, ведь они были сплошь из дерева. То же самое с кроватью — и юноша бы заметил, если б среди ночи что-то заползло в его соломенный тюфяк. Взгляд Эрагона остановился на камне. Паренёк снял его с полки и рассеянно покачал, осматривая комнату. Внезапно ещё один писк раздался в его ушах, отдаваясь в кончиках пальцев; исходил он из камня.
        Эта штука не принесла ему ничего, кроме разочарования и гнева, а теперь ещё и спать не даёт! Но камень проигнорировал его яростный взгляд и остался в целости, хоть и попискивая. Затем он пискнул как-то очень уж громко и затих. Эрагон осторожно убрал его и вернулся под одеяло. Какую бы тайну ни хранила эта вещь, придётся ей подождать до утра.
        Когда юноша вновь проснулся, в окно светила луна. Камень быстро раскачивался на полке, ударяясь о стену, купаясь в прохладном лунном свете, что обесцвечивал его поверхность. Эрагон соскочил с постели, зажав нож в руке. Движение прекратилось, но юноша оставался наготове. И камень вновь принялся пищать и раскачиваться — ещё быстрее, чем раньше.
        Выругавшись, Эрагон принялся одеваться. Теперь его не волновало, насколько ценным мог оказаться камень; он отнесёт эту штуку далеко-далеко и закопает. Тут камень прекратил раскачиваться и затих. Потом вдруг задрожал, покатился вперёд и упал на пол с громким стуком. Затем он качнулся в сторону юноши, и испуганный Эрагон медленно двинулся к двери.
        Внезапно на камне появилась трещина. Потом — ещё одна и ещё. Эрагона будто пригвоздило к месту; он наклонился вперёд, по-прежнему сжимая нож в руке. На верхушке камня, где сходились все трещины, закачался из стороны в сторону маленький кусочек, будто удерживая на чём-то равновесие, а затем приподнялся и свалился на пол. После очередной серии писков из дыры высунулась маленькая тёмная головка, а вслед за ней — странно изогнутое тельце. Эрагон крепче сжал нож и затаил дыхание. Скоро существо полностью выбралось из камня. Постояв минутку на месте, оно легко скользнуло в луч лунного света.
        Эрагон потрясённо отпрянул. Перед ним, слизывая с себя плёнку, облеплявшую всё тело, стоял дракон.

@темы: бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

15:15 

~6~ Пробуждение

        Дракон был не больше Эрагонова предплечья, но, тем не менее, выглядел величественным и благородным. Его чешуйки отливали глубокой сапфировой синевой, того же оттенка, что и камень. Да нет же, не камень, понял юноша, — а яйцо. Дракон развернул крылышки; именно из-за них он казался таким изогнутым. Крылья были в несколько раз длиннее тела и держались на тонких костяных пальчиках, тянувшихся от передней кромки крыла и таким образом составлявших ряд широко расставленных когтей. Голова дракончика была почти треугольной. Из-под верхней челюсти изгибались два крошечных белых клыка, выглядели они очень острыми. Коготки тоже были белыми, будто отполированная слоновая кость, и слегка зазубренными с внутренней стороны изгиба. Вдоль позвоночника зверька тянулся ряд мелких шипов — от основания головы до кончика хвоста. В ложбинке же, где соединялись шея и плечи, расстояние между шипами было побольше.
        Эрагон чуть пошевелился, и голова дракончика резко повернулась. Взгляд строгих льдисто-голубых глаз упал на юношу, тот замер, не двигаясь. Ведь зверёк мог бы стать опасным врагом, если бы решил напасть.
        Дракончик потерял интерес к Эрагону и принялся неуклюже исследовать комнату, повизгивая всякий раз, как врезался в стену или что-нибудь из мебели. Трепыхнув крыльями, зверёк вспрыгнул на постель и, попискивая, заполз на подушку. Его пасть была жалобно открыта, будто у птенца, обнажая два ряда заострённых зубов. Эрагон осторожно присел на край кровати. Дракончик понюхал его ладонь, погрыз рукав. Юноша отдёрнул руку.
        Эрагон смотрел на маленькое создание, и на губах его расплывалась улыбка. Он осторожно вытянул правую руку и коснулся бока зверька. Внезапно его кисть пронзил разряд ледяной энергии, рванулся вверх по руке, пылая в жилах, будто жидкий огонь. Юноша с диким криком повалился на спину. В его ушах раздался железный звон, он услышал беззвучный вопль ярости… Каждую частицу его тела обжигала боль. Эрагон попытался пошевелиться, но так и не смог. Ему казалось, что прошли часы, прежде чем тепло просочилось обратно в его тело, вызывая покалывание. Не в силах справиться с дрожью, юноша всё же заставил себя выпрямиться. Рука его онемела, пальцы будто парализовало. Эрагон в тревоге взглянул на свою ладонь и увидел, как в середине её образовался мерцающий белый овал с размытыми краями. Кожа в этом месте чесалась и горела, как от укуса паука. Сердце юноши неистово колотилось.
читать дальше

@темы: безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

17:50 

~7~ Чай на двоих

        Роран и Эрагон расстались на окраине Карвахолла. Поглощённый своими мыслями, юноша медленно побрёл к дому Брома. Остановившись у порога, он поднял руку, чтобы постучать.
        И тут рядом раздался скрипучий голос:
        — Чего тебе, парень?
        Эрагон резко развернулся. Позади него стоял Бром, опёршись на изогнутый посох, украшенный странными резными орнаментами. На нём была коричневая ряса с капюшоном, похожая на монашескую. С потёртого кожаного ремня, застёгнутого вокруг талии, свисал кошель. Надо ртом, прячущимся в белой бороде, нависал гордый орлиный нос, весьма выделявшийся на лице. Старик пристально смотрел на Эрагона глубоко посаженными глазами, скрывавшимися в тени выступающего шишковатого лба, и ждал ответа.
        — Узнать кое-что, — ответил паренёк. — Рорану сейчас долото чинят, и у меня есть время, вот я и пришёл узнать, сможешь ли ты ответить на пару вопросов.
        Старик что-то проворчал и потянулся к двери. На его правой руке Эрагон заметил золотое кольцо. Луч солнца вспыхнул на сапфире, высвечивая странный символ, вырезанный на его поверхности.
        — Давай, заходи; поговорим немного. Похоже, твои вопросы никогда не кончаются.
        Внутри дома было темно, хоть глаз выколи, а в воздухе тяжело висел едкий запах.
        — Так, теперь свет. — Эрагон услышал, как старик шарит в темноте, а затем раздалось негромкое проклятье, когда что-то с грохотом обрушилось на пол. — А, вот ты где.
        Вспыхнула белая искра; колыхаясь, занялось пламя.
читать дальше

@темы: бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

21:45 

~8~ Имя силы

        По пути домой Роран сказал:
        — У Хорста сегодня был чужак из Теринсфорда.
        — И как его звали? — спросил Эрагон, обходя заледеневшую лужицу, и проворно зашагал дальше. Его щёки и глаза горели от холода.
        — Демптон. Пришёл сюда, чтобы Хорст выковал ему пару патрубков, — ответил ему кузен. Его крепкие ноги пробивались сквозь снежные заносы, расчищая путь для Эрагона.
        — А что, в Теринсфорде своего кузнеца нет?
        — Есть, — отозвался Роран, — но у него навыков не хватает. — Он быстро взглянул на Эрагона и, пожав плечами, добавил: — Демптону нужны патрубки для мельницы. Он своё дело расширяет, вот и предложил мне работу. Если я соглашусь, то уеду с ним, когда он заберёт заказ.
        Мельники работали круглый год. Зимой — мололи то, что им приносили, а во время жатвы покупали зерно и продавали его уже мукой. Это был тяжёлый, опасный труд: работники часто теряли пальцы или кисти рук в огромных жерновах.
        — А Гэрроу ты скажешь? — спросил Эрагон.
        — Да. — На лице Рорана играла непреклонная, довольная улыбка.
        — Зачем? Ты же знаешь, что он думает о нашем уходе. Если что-то скажешь, будут только неприятности. Забудь об этом, поужинаем сегодня спокойно.
        — Не могу. Я хочу устроиться на эту работу.
        Эрагон остановился.
        — Почему? — Их взгляды встретились, дыхание становилось паром в воздухе. — Я знаю, деньги достать трудно, но нам всегда удавалось выжить. Ты не должен уходить.
        — Нет, не должен. Но деньги мне нужны для себя. — Роран пошёл было дальше, но Эрагон не собирался двигаться с места.
        — И зачем они тебе? — спросил он.
        Роран слегка расправил плечи.
        — Я хочу жениться.
        Эрагон застыл в полном замешательстве. Он вспомнил, как Катрина и Роран целовались, пока в деревне гостили торговцы, но женитьба?!
        — На Катрине? — слабо спросил он, просто чтобы убедиться. Роран кивнул. — Ты уже просил её руки?
        — Пока нет, но вот придёт весна, я смогу завести своё хозяйство — и попрошу.
        — Но на ферме слишком много работы, ты не можешь уйти сейчас, — запротестовал Эрагон. — Подожди, пока мы не подготовимся к севу.
        — Нет, — тихо рассмеялся Роран. — Весной я как раз больше всего и нужен. Надо пахать землю и сеять, надо полоть зерновые — не говоря уже об остальной работе. Нет, мне лучше всего уйти сейчас, ведь, по правде, всё, что мы делаем, так это ждём смены времён года. Вы с Гэрроу с этим и без меня справитесь. Если всё пойдёт как надо, я скоро снова буду работать на ферме, но уже с женой.
        Эрагон с неохотой признал, что Роран прав. Он покачал головой, но как — изумлённо или рассерженно — сам не знал.
        — Похоже, я могу только пожелать тебе удачи. Но Гэрроу это не понравится.
        — Увидим.
        И они пошли дальше, но теперь между ними царило молчание. У Эрагона было неспокойно на сердце. Ему нужно было время, чтобы суметь нормально воспринять такое развитие событий. Когда они пришли домой, Роран не сказал Гэрроу о своих планах, но его кузен был уверен, что ждать осталось недолго.

        Эрагон пошёл навестить дракона впервые с тех пор, как тот в первый раз с ним заговорил. Он нерешительно приблизился к нему, зная теперь, что общается с равным.
        Эрагон.
        — Это всё, что ты можешь сказать? — огрызнулся юноша.
        Да.
        От неожиданного ответа юноша распахнул глаза и плюхнулся на землю. Теперь у него есть чувство юмора. Что дальше? Эрагон в сердцах сломал ногой сухую ветку. Заявление Рорана привело его в скверное настроение. От дракона пришла вопросительная мысль, и юноша рассказал, что случилось. Говорил он всё громче и громче, пока не начал кричать в пространство, ни к кому не обращаясь. Он кричал, пока не растратил все чувства, а потом впустую вдарил кулаком по земле.
        — Не хочу, чтобы он уходил, вот и всё, — беспомощно сказал паренёк.
        Дракон невозмутимо наблюдал за ним, слушая и учась. Эрагон пробормотал несколько отборных ругательств и протёр глаза. Потом — задумчиво посмотрел на дракона.
        — Тебе нужно имя. Сегодня я слышал парочку любопытных прозвищ; может, тебе какое-то понравится. — Он мысленно пробежался по перечню, который перечислил ему Бром, пока не остановился на двух именах, которые показались ему самыми героическими, благородными и приятными слуху. — Что скажешь насчёт Ванилора или его преемника, Эридора? Оба были великими драконами.
        Нет, сказал дракон. Похоже, старания паренька его развлекали. Эрагон.
        — Это моё имя, ты не можешь его носить, — потёр подбородок юноша. — Ну, если эти тебе не нравятся, есть другие.
        Он продолжил перечислять, но дракон отвергал каждое его предложение. Казалось, он смеялся над чем-то, чего Эрагон не понимал, но юноша не обращал на это внимание и предлагал всё новые имена.
        — Ещё был Инготольд, он убил… — И вдруг его остановило озарение. Вот в чём дело! Я выбирал мужские имена. Ты — она!
        Да.
Драконица элегантно развернула крылья.
        Теперь он знал, чего искать, и с ходу предложил с полдюжины имён. Прикинул насчёт Мирэмель, но оно не подходило — в конце концов, это было имя коричневой драконицы. Офейла и Леонора также были отвергнуты. Юноша уже был готов сдаться, но тут вспомнил последнее имя, которое пробормотал Бром. Эрагону оно понравилось, но понравится ли драконице?
        Он спросил:
        — Ты Сапфира?
        Она взглянула на него своими умными глазами. Глубоко в сознании юноша почувствовал, что она довольна.
        Да. В его голове что-то щёлкнуло, и голос дракошки отдался эхом, будто с большого расстояния. Эрагон ухмыльнулся в ответ. Сапфира загудела.

@темы: бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

04:35 

~9~ Будущий мельник

        На закате дня накрыли на стол, пора было ужинать. Снаружи, сотрясая дом, выл буйный ветер. Эрагон пристально глядел на Рорана и ждал неизбежного. Наконец, дождался…
        — Мне предложили работу на мельнице в Теринсфорде… и я хочу её принять.
        Гэрроу с намеренной неторопливостью прожевал кусок и положил вилку. Откинувшись на стуле, он скрестил пальцы за головой и вымолвил одно сухое слово:
        — Зачем?
        Роран объяснил, пока Эрагон с отсутствующим видом ковырялся в своей тарелке.
        — Ясно, — только и сказал Гэрроу, а потом умолк и уставился в потолок. Юноши замерли, ожидая его ответа. — Так когда ты уходишь?
        — Что? — опешил Роран.
        Гэрроу наклонился вперёд, в его глазах мелькнул огонёк.
        — А ты думал, я буду тебя останавливать? Я надеялся, что ты скоро женишься. Здорово будет увидеть, как эта семья снова растёт. Катрина будет счастлива с тобой.
        Изумление, мелькнувшее на лице Рорана, сменилось облегчённой усмешкой.
        — Так когда ты уходишь? — спросил Гэрроу.
        Роран вновь обрёл голос.
        — Когда Демптон вернётся за патрубками для мельницы.
        Гэрроу кивнул.
        — И это будет через…?
        — Две недели.
        — Хорошо. Тогда у нас будет время подготовиться. Ведь самим нам придётся по-другому вести хозяйство. Но, если всё получится, мы недолго будем справляться без тебя. — Он перевёл взгляд на другой край стола и спросил: — Эрагон, а ты знал об этом?
        Тот уныло пожал плечами.
        — До сегодняшнего дня — нет… Это безумие.
        Гэрроу провёл рукой по лицу.
        — Это естественный порядок вещей. — Он рывком встал из кресла. — Всё будет хорошо; время всё расставит по местам. Ну, а пока, давайте помоем посуду.
        Эрагон и Роран помогали ему в полном молчании.

        Следующие несколько дней всем дались тяжело. Эрагон весь издёргался. Он ни с кем не говорил нормально, только коротко отвечал на заданные вопросы. Повсюду хоть что-то да напоминало ему о том, что Роран уходит: Гэрроу, складывающий сыну ранец, вещи, пропадающие со стен, странная пустота, заполнившая дом. Прошла почти неделя, пока Эрагон сообразил, что они с Рораном отдалились друг от друга. Им было неуютно разговаривать, слова давались нелегко.
        Сапфира же была для Эрагона как бальзам на душу. С ней он мог говорить свободно; его чувства были полностью открыты для её сознания, и она понимала юношу как никто другой. В течение этих недель перед уходом Рорана драконица пережила ещё один скачок в росте. Она прибавила двенадцать дюймов в холке и переросла Эрагона. А в той маленькой ложбинке, где соединялись её шея и плечи, было очень удобно сидеть. Юноша часто отдыхал там, почёсывая драконице шею и объясняя значения различных слов. Скоро она научилась понимать всё, что он говорил, и часто вставляла свои замечания.
        Эрагону эта часть его жизни казалась просто восхитительной. Личность Сапфиры была столь же подлинной и сложной, как у любого человека. Она была противоречивой и, временами, абсолютно чуждой ему, но они понимали друг друга в совершенстве. Действия и мысли драконицы постоянно открывали новые стороны её характера. Однажды она поймала орла, но не съела, а отпустила, сказав: Ни один небесный охотник не должен окончить дни свои жертвой. Лучше умереть на крыльях, чем пригвождённым к земле.
        Планы Эрагона показать Сапфиру родным рухнули из-за заявления Рорана, да и сама драконица предупредила его этого не делать. Она не хотела, чтобы её видели, и юноша, отчасти из себялюбия, согласился. Он знал, что в тот миг, когда тайна её существования раскроется, все крики, обвинения и страхи обрушатся на него… потому и мешкал. Юноша велел себе ждать знака, который объявит ему, что наступил подходящий момент.
        В ночь перед уходом Рорана Эрагон пошёл с ним поговорить. Он тихонько прокрался по коридору к открытой двери кузена. В комнате на тумбочке стояла масляная лампа, озаряя стены тёплым мерцающим светом. Кроватные столбики отбрасывали длинные тени на пустые полки, подымавшиеся до самого потолка. Роран же — глаз не видно в тени, тыльная сторона шеи напряжена — скатывал одеяла вместе с одеждой и прочими вещами. Закончив, он подобрал что-то с подушки и подкинул на ладони. Это был гладко отполированный камень, который Эрагон подарил ему много лет назад. Роран начал было засовывать его в свой узел, но потом передумал и убрал камень на полку. В горле у Эрагона застрял тугой комок; развернувшись, юноша ушёл к себе.

@темы: бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

03:16 

~10~ Чужаки в Карвахолле

        Завтрак не разогревали, но чай был горячим. Утреннее солнце растопило лёд на окнах, и он стёк на деревянный пол, образовав тёмные лужицы. Эрагон смотрел на Гэрроу и Рорана у кухонной печи и понимал, что видит их вместе в последний раз перед долгими месяцами разлуки.
        Роран сидел на стуле и шнуровал сапоги. Рядом с ним на полу лежал набитый мешок. Гэрроу стоял между ними, засунув руки глубоко в карманы. Рубашка неряшливо висела на нём; кожа мужчины казалась стянутой. Несмотря на то, что молодые люди упрашивали его, он отказался идти с ними. А когда его спросили, почему, сказал только, что так будет лучше.
        — Ты всё взял? — спросил сына Гэрроу.
        — Да.
        Мужчина кивнул, вынул из кармана небольшой кошель и протянул Рорану. Звякнули монеты.
        — Я копил их для тебя. Здесь немного, но если захочешь купить какой-нибудь пустячок, безделушку — тебе хватит.
        — Спасибо, но на мелочи я деньги тратить не буду, — ответил Роран.
        — Поступай, как хочешь; они твои, — сказал Гэрроу. — Мне нечего больше дать тебе, кроме отцовского благословения. Прими его, если желаешь, но стоит оно немногого.
        По голосу Рорана было слышно, что его переполняли чувства.
        — Я бы принял его с честью.
        — Тогда прими — и иди с миром, — кивнул Гэрроу и поцеловал сына в лоб. А потом повернулся и повысил голос: — Не думай, что я забыл о тебе, Эрагон. У меня найдётся, что сказать вам обоим. Пора это сделать, раз уж вы ступаете во внешний мир. Следуйте этим словам, и они послужат вам верно. — Он строго взглянул на юношей. — Во-первых, не позволяйте никому править своей душой и телом. Особо заботьтесь о том, чтобы ваши мысли оставались нескованными. Можно быть свободным человеком, но в то же время — связанным крепче раба. Открывайте людям свой слух, но не сердце. Оказывайте уважение власть имущим, но не следуйте за ними слепо. Судите разумом и здравым смыслом, но держите своё мнение при себе.
        Не считайте никого себя лучше, каким бы ни был их чин и положение в жизни. Обращайтесь со всеми честно, или они будут искать возмездия. Будьте осторожней с деньгами. Твёрдо держитесь своих убеждений, тогда другие к вам прислушаются. — Тут Гэрроу продолжил медленнее: — Насчёт любовных дел… мой единственный совет — будьте честны. Это — самое действенное средство, чтобы открыть для себя чьё-то сердце или получить прощение. Вот и всё, что я могу сказать.
        Казалось, Гэрроу слегка смущался своей речи.
        Он поднял мешок Рорана.
        — Теперь идите. Заря близится, и Демптон будет ждать.
        Роран вскинул ранец на плечи и обнял отца.
        — Я скоро вернусь — как только смогу, — сказал он.
        — Вот и хорошо! — отозвался Гэрроу. — Но теперь — иди и не волнуйся о нас.
        Расстались они неохотно. Эрагон и Роран вышли наружу, затем повернулись и помахали Гэрроу. Тот поднял костлявую руку и проводил юношей серьёзным взглядом, пока те с трудом пробирались к дороге. Прошёл долгий миг — и Гэрроу захлопнул дверь. В утреннем воздухе разнёсся громкий стук, и Роран остановился.
        Эрагон обернулся и оглядел окрестности. Его взгляд задержался на одиноких строениях — они смотрелись какими-то жалкими и хрупкими. Лишь по тонкой струйке дыма, поднимавшейся над крышей дома, можно было понять, что на этой ферме, попавшей в снежный плен, кто-то живёт.
        — Здесь — весь наш мир, — угрюмо заметил Роран.
        Эрагон нетерпеливо поёжился и проворчал:
        — И неплохой, к тому же.
        Роран кивнул, затем расправил плечи и направился навстречу своему новому будущему. Стоило юношам спуститься с холма, как дом исчез из виду.

читать дальше

@темы: бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

18:20 

Трудности перевода

Да-да, это снова они) Вернее, не снова - а заново. Только уже не в сокращённой версии, а в полной - к каждой главе. Просто что-то опять зашла речь об официальном переводе... И я опять резко возмутилась) Теперь вот решила стукнуть кулаком и заявить, что мои возмущения не являются бездоказательными.

В тот обобщающий к альтернативному переводу теперь будут добавляться ссылки и на мои изыски. Итак, для тех, кто не знает (или знает, но забыл), поясняю.

Ретроспектива
Некая переводчица (чтобы не называть имён, прибегнем к слову "мэтресса") - между прочим, член Союза писателей и кандидат филологических наук, - несмотря на все свои громкие звания и давний опыт работы, совершенно испортила книгу Кристофера Паолини "Эрагон" - помимо всего прочего, чересчур помпезным построением фраз и, в прискорбном большинстве случаев, искажением смысла оригинального текста. Я начала "воспитательную работу", показывающую, как на самом деле должен выглядеть текст книги... И наравне с собственным переводом ввела в действие кампанию по поискам ляпов в официальном переводе. Кстати, по словам нашей преподавательницы английского - вполне тянущую на научную работу, если б не стиль... Вот как это выглядит: в одном блоке первой строчкой идёт оригинальная фраза на английском, второй - перевод официальный, третий - моя версия, а далее, в скобочках - мои комментарии на тему. Естественно, на идеальный перевод я не претендую - учиться сему искусству можно вечно, но... По крайней мере, мои варианты больше соответствуют действительности.
Конец ретроспективы

А теперь - поехали!

читать дальше

@темы: цитатсы, бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., Эрагон

12:37 

Трудности перевода-2. Discovery - Находка

(Название главы мэтресса переводит как «Открытие», хотя одним из значений этого слова является и «находка»… По смыслу текста, второй вариант здесь подходит больше.)

Streams flowed down the mountains from stolid glaciers and glistening snowpacks.
Ручьи, сбегавшие по склонам гор от вечных льдов в предгорья, таинственно поблёскивали.
По склонам гор текли ручьи с бесстрастных ледников и искрящихся снежных шапок.
(Про предгорья ещё можно простить, но вот путаница с определениями… Искрились (или, как говорит мэтрессса, «поблёскивали») отнюдь не ручьи, а именно снега. И бесстрастными («таинственными») были тоже не они, а ледники. Опять заметная тяга к излишним украшательствам искажает смысл – пока, конечно, не столь страшно… Но всё ещё впереди.)

It was the third night of the hunt, and his food was half gone.
Охотился он уже третий день подряд, запасы еды кончались…
Это была третья ночь охоты, и юноша съел половину своих припасов.
(Ну, тут уже можно сказать, что я придираюсь, – но согласитесь, всё же, что ночь – это не день, а половина – это ещё не почти всё…)

Eragon slowly crept closer, keeping the bow ready. All his work of the past three days had led to this moment.
Эрагон медленно подполз поближе, держа лук наготове. Три дня непрерывного преследования все-таки сказывались, и он боялся промахнуться от усталости.
Эрагон медленно подкрался поближе, держа наготове лук. Этот миг был итогом его трёхдневного труда.
(Искажение смысла налицо – автор ничего не говорит об усталости Эрагона, но констатирует факт, что данный момент – кульминация трёх дней охоты; или пан – или пропал. И, думается мне, если юноша (парой предложений раньше) уверенным движением натягивает тетиву, то не так он и устал, как предполагает мэтресса…)

Behind him, where the deer had been, smoldered a large circle of grass and trees. Many of the pines stood bare of their needles. The grass outside the charring was flattened. A wisp of smoke curled in the air, carrying a burnt smell. In the center of the blast radius lay a polished blue stone. Mist snaked across the scorched area and swirled insubstantial tendrils over the stone.
У него за спиной, где только что паслись олени, горел лес. Многие сосны уже лишились хвои, трава вокруг выжженного пространства скукожилась. В воздухе висел густой запах гари. А в самой середине пепелища, где все сгорело дотла, Эрагон заметил крупный и блестящий синий камень. Пожар уже затухал, и туман, наползая на выгоревшую поляну, тянул к камню свои колдовские щупальца.
Позади него, там, где раньше лежали олени, в большом выжженном круге медленно тлели трава и деревья. Многие сосны лишились хвои, за границей обугленного участка увял дёрн. Лёгкое облачко дыма клубилось в воздухе, пахло горелым. Посередине круга лежал блестящий синий камень. Туман, змеившийся по спалённой земле, ложился поверх него тонкими завитками.
(При выражении «горел лес» лично у меня перед глазами встаёт ужасная картина лесного пожара, простирающегося не на один квадратный километр. Здесь же, судя по всему, мы имеем дело с чем-то вроде последствий упавшего метеорита небольших размеров. “Smolder” – это именно «тлеть», и ничто иное. А про последнее предложение я вообще молчу… Как получилось, что пожар затух сам по себе так быстро? Откуда взялись колдовские щупальца? Кстати, этот момент очень точно показан в фильме: кто смотрел, тот помнит те белые завитки тумана, легко прикасавшиеся к синему камню под треск догоравшей травы. Красиво получилось.)

The stone was cool and frictionless under his fingers, like hardened silk.
На ощупь камень был холодный и скользкий, как атлас.
На ощупь камень был прохладным и гладким, будто затвердевший шёлк.
(Уж простите, но пройти мимо такого прекрасного сравнения, как “hardened silk”, я никак не могла. «Затвердевший шёлк» – чертовски поэтично. А атлас, кстати, по-английски “satin”.)

Where did it come from? Does it have a purpose?
«Интересно, откуда он взялся? – думал Эрагон. – И нет ли в его появлении какого-то злого умысла?…»
Откуда он взялся? Может, с какой-то целью?
(Дословно последнее предложение, конечно, будет звучать так: «Есть ли у него цель?» – но по-русски это звучит коряво, и, естественно, его надо изменить, облагородить. Но зачем обязательно делать из пятнадцатилетнего мальчика параноика, подозревающего во всём «злой умысел»? Цели могут быть разными – как добрыми, так и дурными.)

@темы: цитатсы, бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., Эрагон

23:05 

Трудности перевода-3. Palancar Valley - Долина Паланкар

(Глава большая, ляпов много, но приводить буду не все, иначе это затянется слишком надолго. Постараюсь выбрать наиболее примечательные случаи.)

Ice edged the streams, and small pools were completely frozen over.
Вода в ручье у берега покрылась ледяной коркой, а в маленьких бочонках и вовсе замёрзла за ночь.
Лёд окаймил ручьи, а маленькие лужицы замёрзли полностью.
(Простите, о каких это «бочонках» тут речь? Это что, Эрагон выставил их на ночь, чтобы наполнить дождевой водой, а теперь они замёрзли? Может, мэтресса имеет в виду «бочажки»? Одно из значений слова “pool” – «лужа». Почему бы и нет?)

The rough game trail was faintly worn and, in places, nonexistent.
Охотничья тропа вилась в густых зарослях.
Неровная звериная тропа едва виднелась в траве, а местами и вовсе пропадала.
(Опять искажение смысла. Как может в лесу, который считается проклятым, существовать охотничья тропа, если туда люди не ходят? Исключая Эрагона и ещё парочки таких же… Если только мэтресса не имеет в виду, что эту тропу протоптали волки и прочие хищники, – но даже в этом случае её с трудом можно назвать «охотничьей». Одно из значений слова “game” – «дичь»)

…few people could stay in the Spine for long without suffering an accident.
…мало кто решался долгое время провести в этих горах, опасаясь неведомо каких несчастий.
…немногие люди могли долгое время оставаться в Спайне и не пострадать от какого-нибудь несчастного случая.
(Ну, тут я даже и объяснять не буду…)

читать дальше

@темы: цитатсы, бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., Эрагон

04:29 

~11~ Роковой полёт

        По пути домой в голове Эрагона творился полный кавардак. Юноша бежал на пределе сил и не думал останавливаться, даже когда начал не на шутку задыхаться. Тяжело топая по замёрзшей дороге, он пытался найти сознанием Сапфиру, но она была слишком далеко для того, чтоб с ней связаться. Ещё Эрагон думал, что сказать Гэрроу. Теперь выбора не было, драконицу придётся раскрыть.
        До дома он добрался с колотящимся сердцем, хватая ртом воздух. Гэрроу стоял у сарая с лошадьми. Эрагон заколебался. А стоит ли сейчас с ним говорить? Он не поверит мне, пока Сапфиры нет, — лучше сначала найти её. Юноша незаметно обогнул ферму и прошмыгнул в лес. Сапфира! — мысленно крикнул он.
        Я иду, донёсся неясный ответ. Через эти слова Эрагон почуял её тревогу. Он весь извёлся от нетерпения, хоть шум её крыльев раздался в воздухе довольно скоро. Драконица приземлилась, объятая дымом, и сразу спросила: Что случилось?
        Юноша коснулся её плеча и закрыл глаза. Успокоив свой разум, он быстро рассказал ей о том, что произошло. Когда же он упомянул чужаков, Сапфира отшатнулась, прянула на дыбы и оглушительно взревела, а затем хлестнула хвостом над самой его головой. Эрагон в изумлении отпрянул, пригибаясь, а хвост драконицы врезался в сугроб. Жажда крови и страх исходили от неё большими тошнотворными волнами. Огонь! Враги! Смерть! Убийцы!
читать дальше

@темы: безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

04:12 

~12~ Конец неведению

        Утром, когда Эрагон открыл глаза, ему почудилось, что небо упало на землю. Непрерывная синь простиралась над его головой и клонилась к земле. Ещё в полусне, юноша неуверенно вытянул руку и ощутил под пальцами тонкую перепонку. Прошла долгая минута, и он понял, на что уставился. Слегка изогнув шею, Эрагон взглянул на чешуйчатое бедро, на котором лежала его голова. Потом медленно выпрямил ноги, выходя из позы зародыша, и подсохшая кровь треснула на его ранах. Со вчерашнего дня боль ослабла, но при мысли о том, что придётся идти, юноша содрогнулся. Жгучий голод напомнил ему о пропущенном обеде и ужине. Собравшись с силами, юноша легонько постучал по боку Сапфиры.
        — Эй! Проснись! — крикнул он.
        Драконица пошевелилась и подняла крыло, впуская внутрь поток солнечного цвета. Юноша зажмурился — снег моментально ослепил его. Лежавшая рядом Сапфира потянулась, как кошка, и зевнула, на миг обнажая ряды белых зубов. Когда глаза Эрагона привыкли к свету, он попытался определить, где они с Сапфирой находятся. Их окружали внушительные и неприветливые горы, отбрасывающие на поляну густые тени. С одного края юноша увидел тропу, протоптанную в снегу и уходящую в лес, откуда доносилось приглушённое журчание ручья.
        Эрагон со стоном поднялся и покачнулся, а затем на негнущихся ногах похромал к ближайшему дереву. Ухватившись за один из сучьев, юноша налёг на него всем весом. Сук выдержал какое-то время, но потом сломался с громким треском. Эрагон ободрал с него ветки, устроил один конец сука под мышкой, а другой прочно утвердил на земле. С помощью такого самодельного костыля юноша захромал к покрытому льдом ручью. Пробив твёрдую корку, он зачерпнул ладонями прозрачной, мёрзлой воды, а затем, утолив жажду, вернулся на поляну. И, когда Эрагон вышел из-за деревьев, он наконец узнал окрестные горы и смог определить, где они находятся.
        Это здесь впервые, с оглушительным шумом, появилось яйцо Сапфиры. Эрагон без сил прислонился к шершавому стволу. Ошибки быть не могло, ведь теперь он видел те самые серые деревья, которые лишились своей хвои во время взрыва. Откуда Сапфира узнала, где это случилось? Она же была ещё в яйце. Наверное, для поиска ей было достаточно сведений из моих воспоминаний. Изумлённый юноша молча покачал головой.
читать дальше

@темы: бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

22:48 

Трудности перевода-4. Dragon Tales - Истории о драконах

He stretched his sore legs and rubbed his back, yawning.
Эрагон с наслаждением потянулся, распрямил усталые, стёртые в кровь ноги и встал, зевая и почёсываясь.
…вытянул натёртые ноги и, зевая, потёр спину..
(Мэтресса – точно садистка! Это ж надо с таким смаком описывать болезные ноги бедняги Эрагона! А если бы они у него были стёрты в кровь, он бы вообще не встал. Кстати, откуда взялось, что он встал? По-моему, он по-прежнему сидит на постели. А уж перл про «зевая и почёсываясь»… У него что, блохи были? Я начинаю тихо шизеть…)

She had been gone for six years, living in the cities.
Она ушла из дома шесть лет назад и за все это время ни разу даже весточки не прислала. Известно было лишь, что она предпочитала жить в больших городах.
Шесть лет она прожила в городах…
(Так и хочется спросить у мэтрессы: «Кто вам всё это сказал?»…)

Eventually he had learned to live with it…
Вскоре, впрочем, он научился как-то жить с ощущением «брошенного ребёнка»…
В конце концов, юноша научился жить с этим…
(Теперь мэтресса демонстрирует свои знания по психологии. Ну, что тут ещё сказать…)

читать дальше

@темы: цитатсы, бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., Эрагон

01:39 

~13~ У постели умирающего

        Сны вздымались в сознании Эрагона, множась и живя по собственным законам. Он видел, как группа всадников на гордых конях приближалась к одинокой реке. У многих были серебряные волосы; ещё они несли с собой высокие копья. У берега ждал странный, дивный корабль, мерцая в лучах яркой луны. Всадники спешились и медленно взошли на борт; двое из них, что были выше остальных, шли рука об руку. Их лица были скрыты капюшонами, но один из этих двоих явно был женщиной. Встав на палубе корабля, они посмотрели на берег. На галечном пляже стоял одинокий человек — единственный, не взошедший на корабль. Он запрокинул голову и издал долгий, полный боли крик. Как только он затих, корабль заскользил вниз по реке, без ветра в парусах и вёсел, — прочь, к хмурым равнинам. Видение затуманилось, но, прежде чем оно исчезло, Эрагон заметил в небе двух драконов.

        Сперва Эрагон услышал скрип: взад-вперёд, взад-вперёд. Звук всё не прекращался, юноша открыл глаза — и понял, что смотрит на изнанку выстланной соломой крыши. Затем оказалось, что он укрыт одеялом из грубой шерсти, скрывавшим его наготу. Кто-то вдобавок наложил повязку на его ноги и перевязал костяшки пальцев чистой тряпицей.
        Эрагон лежал в единственной комнате какой-то хижины. Рядом, на столе, заставленном чашками и разными растениями, стояли ступка и пестик. Пучки сушёных трав рядами висели вдоль стен и наполняли воздух густыми ароматами даров земли. В очаге танцевали языки пламени, а перед ним в плетёном кресле-качалке сидела полная женщина — деревенская целительница, Гертруда. Её голова была опущена на грудь, глаза закрыты. На коленях у неё лежали вязальные спицы и клубок шерстяных ниток.
        Эрагону казалось, что у него совсем не осталось силы воли, но, несмотря на это, он всё же заставил себя сесть. Это помогло прояснить мысли. Юноша вспомнил всё, что произошло за последние два дня. Первая его мысль была о Гэрроу, вторая — о Сапфире. Надеюсь, она в безопасности. Он попытался связаться с ней, но так и не смог. Где бы ни была драконица, она находилась далеко отсюда. По крайней мере, Бром дотащил меня до Карвахолла. Интересно, что с ним случилось? Вся эта кровь…
читать дальше

@темы: бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

18:29 

~14~ Безумие жизни

        Было ещё темно, когда Эрагон вскинулся на постели, тяжело дыша. В комнате было свежо, и руки и плечи юноши покрылись гусиной кожей. До рассвета оставалась пара часов — это было то время, когда ничто не шевелится и всё живое ожидает первых тёплых прикосновений солнечных лучей.
        Эрагона охватило ужасное предчувствие, и сердце его заколотилось. Ему показалось, будто весь мир накрыла какая-то пелена, и самый тёмный угол пришёлся как раз над его комнатой. Юноша тихо вылез из постели и оделся, а затем заторопился вдоль по коридору, не в силах избавиться от своих опасений. Но настоящая тревога пронизала его, когда он увидел, что дверь в комнату Гэрроу была открыта, а внутри толпились люди.
        Гэрроу мирно лежал на постели. Его одели в чистое и причесали, лицо его было спокойным. Он мог казаться спящим, если бы не серебряный амулет, застегнутый вокруг шеи, и высохшая веточка болиголова на груди — последние дары мёртвым от живых.
        Рядом с кроватью стояла Катрина с бледным лицом и опущенными глазами. Юноша услышал её шёпот:
        — А я надеялась назвать его однажды отцом
        Назвать его отцом, с горечью подумал Эрагон, право, которого нет даже у меня. Он чувствовал себя призраком, из которого выкачали всю жизненную силу. Всё вокруг казалось нереальным, кроме лица Гэрроу. Слёзы струились по щекам Эрагона. Его плечи тряслись, но вслух он не плакал. Мать, тётя, дядя — он потерял их всех. Бремя его горя воздвиглось на него такой сокрушительной, чудовищной силой, что он едва держался на ногах. Кто-то отвёл его обратно в комнату, бормоча слова утешения.
        Юноша упал на постель, схватившись руками за голову, и судорожно зарыдал. Он почувствовал, как Сапфира пытается связаться с ним, но оттолкнул её и позволил увлечь себя скорби. Он не мог смириться с тем, что Гэрроу больше нет. Ведь если смириться — во что ещё ему оставалось верить? Лишь в безжалостный, равнодушный мир, что задувал жизни, будто свечи под порывом ветра. Охваченный отчаянием и ужасом, Эрагон поднял к небу мокрое от слёз лицо и закричал:
        — Да что за бог мог сделать такое? Покажись! — Он услышал, как к его комнате бегут люди, но с высоты ответа не было. — Он этого не заслужил!
        Его коснулись успокаивающие руки, и юноша обнаружил, что рядом сидит Элейн. Она обнимала его, пока он плакал, и, наконец, измученный, Эрагон незаметно заснул, сам того не желая.

@темы: Эрагон, альтернативный перевод, безумству храбрых..., бредни лингвиста-маньяка

14:14 

~15~ Клинок Всадника

        Когда Эрагон проснулся, его вновь объяла мучительная боль. Глаз он не открывал, но это не помешало слезам хлынуть с новой силой. Юноша пытался прийти к какой-то мысли или надежде, чтобы сохранить рассудок. Я не могу жить с этим, простонал он.
        Так не живи. Слова Сапфиры эхом отразились в его голове.
        Как? Гэрроу ушёл навсегда! И со временем меня ждёт та же участь. Любовь, семья, достижения — всё отняли, ничего не осталось. В чём смысл того, что мы делаем?
        Смысл в действии. Твой смысл исчезает, когда ты отказываешься от воли к переменам и познанию жизни. Но пред тобой — разные пути; выбери один и посвяти себя ему. Действия дадут тебе новую надежду и цель.
        Но что я могу?
        Единственный верный советчик — это твоё сердце. Ничто, кроме его главного желания, не может помочь тебе.

        Драконица дала ему время поразмышлять над её словами. Эрагон проверил свои чувства и удивился, помимо горя найдя в себе жгучий гнев. Чего ты от меня хочешь… чтоб я погнался за чужаками?
        Да.

        Её прямой ответ смутил его. Юноша вздохнул, глубоко и прерывисто. Почему?
        Помнишь, что ты сказал мне в Спайне? Как ты напомнил мне о моём долге дракона и как я вернулась с тобой, несмотря на требование инстинкта? Значит, и ты должен овладеть собой. Я долго и глубоко думала последние несколько дней, и я поняла, что значит быть драконом и Всадником: наша судьба — пытаться достичь невозможного, совершать великие деяния, несмотря на страх. Это — наша ответственность перед будущим.
        Мне всё равно, что ты говоришь; это — не повод для ухода!
— закричал Эрагон.
        Есть и другие. Мои следы видели, люди предупреждены о моём существовании. В конце концов, меня обнаружат. Кроме того, здесь для тебя ничего нет. Ни фермы, ни семьи, и…
        Роран не умер!
— яростно огрызнулся он.
        Но если ты останешься, тебе придётся объяснить, что произошло на самом деле. Он имеет право знать, как и почему умер его отец. И что он сделает, узнав обо мне?
        Доводы Сапфиры закружились в голове Эрагона, но он оттолкнул от себя мысль о том, чтобы покинуть долину Паланкар, ведь это был его дом. Однако, идея мести чужакам невероятно успокаивала. Хватит ли у меня для этого сил?
        У тебя есть я.

        Юношу не отпускало сомнение. Ведь это будет сумасбродная, отчаянная затея. Но его презрение к собственной нерешительности росло, и вскоре на губах паренька заиграла жёсткая усмешка. Сапфира была права. Больше ничего не имело значения, кроме самого действия. Вся суть в действии. А что могло принести Эрагону большее удовлетворение, как не охота на чужаков? В его сознании начала расти ужасная сила, она завладела его чувствами и выковала из них единый слиток гнева, на котором отпечаталось лишь одно слово: возмездие. Кровь ударила ему в голову, и юноша уверенно произнёс: Я это сделаю.
читать дальше

@темы: бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

02:53 

~16~ Изготовление седла

        Когда Эрагон открыл глаза, на него обрушилось осознание того, что Гэрроу мёртв. Юноша натянул на голову одеяла и тихо заплакал под их тёплым тёмным покровом. Там было так хорошо лежать… прятаться от внешнего мира. Наконец, слёзы прекратились. Юноша выругался в адрес Брома, затем нехотя вытер щёки и поднялся.
        Бром готовил завтрак.
        — Доброе утро, — сказал он.
        Эрагон что-то проворчал в ответ. Он зажал замёрзшие пальцы под мышками и скорчился у огня, дожидаясь, когда будет готова еда. Ели быстро, стремясь расправиться с завтраком, пока тот не остыл. Покончив с едой, Эрагон помыл миску снегом, а затем расстелил на земле украденную кожу.
        — И что ты с этим будешь делать? — спросил Бром. — С собой мы это всё нести не можем.
        — Я сделаю седло для Сапфиры.
        — М-м-м, — протянул Бром, шагнув вперёд. — Обычно у драконов было два типа седла. Первое — твёрдое, по форме похожее на конское. Но для такого нам нужно время и инструменты, ничего из этого у нас нет. Другое же было тонким и слегка подбитым, всего лишь дополнительная прослойка между Всадником и драконом. Такие сёдла использовались, когда важны были скорость и гибкость, хотя по удобству они и близко не стояли рядом с твёрдыми.
        — Ты знаешь, как они выглядели? — спросил Эрагон.
        — Лучше, я могу сделать такое.
        — Тогда, пожалуйста, сделай, — попросил Эрагон, отходя в сторону.
        — Хорошо, но будь внимателен. Когда-нибудь, возможно, тебе придётся делать его самому.
        С разрешения Сапфиры Бром измерил её шею и грудь. Затем вырезал из кожи пять ремней и начертил на прочих шкурах около дюжины фигур. Вырезав их, старик превратил то, что осталось, в длинные шнуры.
        Эти шнуры он использовал, чтобы сшивать шкуры воедино, но с каждым стежком в коже приходилось проделывать две дыры. Эрагон помогал ему с этим. На месте пряжек были завязаны замысловатые узлы, а каждая петля — сделана подлиннее на вырост, чтобы седло удобно сидело на Сапфире и в грядущие месяцы.
        Главная часть седла состояла из трёх одинаковых отрезков, сшитых вместе, и набивки между ними. К передней стороне была прикреплена толстая петля, ей предстояло вплотную обтягивать один из шипов на шее Сапфиры, а широкие ремни, пришитые с боковых сторон, должны были охватывать её живот и завязываться внизу. Вместо стремян вдоль по этим полосам спускались ряды петель. В затянутом положении им предстояло удерживать ноги Эрагона. Ещё один длинный ремень должен был проходить меж передних лап Сапфиры, разделяться надвое, а затем подниматься за ними и снова соединяться с седлом.
        Пока Бром работал, Эрагон чинил свой ранец и занимался припасами. К тому времени, как оба справились со своими задачами, уже прошёл день. Усталый после таких трудов, Бром надел седло на Сапфиру и проверил, как держатся ремни. Затем сделал пару мелких поправок и снял его, явно довольный результатом.
        — Ты хорошо потрудился, — нехотя признал Эрагон.
        Бром наклонил голову.
        — Каждый делает всё, что может. Седло хорошо тебе послужит; кожа достаточно прочная.
        Не хочешь испытать его? — спросила Сапфира.
        Может, завтра, ответил Эрагон, пристраивая седло рядом с одеялами. Сейчас уже слишком поздно. По правде говоря, он не рвался больше летать — не после того кошмара, которым обернулась его прошлая попытка.
        Ужин приготовили быстро. На вкус он был хорош, пусть даже и прост. Во время еды Бром посмотрел на Эрагона поверх костра и спросил:
        — Мы уходим завтра?
        — Оставаться нет причин.
        — Полагаю, нет… — Старик слегка поёрзал на месте. — Эрагон, я должен извиниться перед тобой за то, как повернулись события. Я не хотел, чтобы так получилось. Твоя семья не заслужила подобной трагедии. Если бы я мог как-то изменить всё это, я бы так и сделал. Это просто кошмар для всех нас.
        Эрагон сидел молча, избегая его взгляда. Затем Бром проговорил:
        — Нам понадобятся лошади.
        — Тебе — может быть, а у меня есть Сапфира.
        Бром покачал головой.
        — Ни одна живая лошадь не сможет обогнать летящего дракона, а Сапфира слишком молода, чтобы нести нас обоих. Кроме того, оставаться вместе будет безопасней, а ехать верхом выйдет быстрее, чем идти пешком.
        — Но так нам будет сложнее поймать ра’заков, — возразил Эрагон. — Верхом на Сапфире я бы смог их найти за день или два. А на лошадях выйдет куда дольше — если это вообще возможно, догнать их на земле!
        — Таков риск, на который тебе придётся пойти, если я должен буду сопровождать тебя, — медленно проговорил Бром.
        — Ладно, — наконец, пробурчал Эрагон, обдумав его слова, — лошадей мы добудем. Но покупать их придётся тебе. У меня совсем нет денег, а воровать я больше не хочу. Это неправильно.
        — Зависит от точки зрения, — поправил его Бром с лёгкой улыбкой. — Прежде чем ты пустишься в эту авантюру, запомни, что твои враги, ра’заки, — слуги короля. Их будут защищать, куда бы они ни пошли. Законы их не остановят. В городах им будут доступны крупные суммы и исполнительные слуги. И имей в виду, что для Гальбаторикса нет ничего важнее, чем завербовать или убить тебя — хотя, весть о твоём существовании, возможно ещё не достигла его ушей. Чем дольше ты будешь ускользать от ра’заков, тем больше он станет впадать в ярость. Он будет знать, что с каждым днём ты становишься сильнее и что каждый миг даёт тебе ещё один шанс на то, чтобы присоединиться к его врагам. Ты должен быть очень осторожен, ведь из охотника ты можешь легко превратиться в дичь.
        Эти серьёзные слова произвели на Эрагона большое впечатление. Он задумчиво покрутил в пальцах веточку.
        — Довольно разговоров, — подытожил Бром. — Уже поздно, и у меня кости болят. Завтра поговорим подольше.
        Эрагон кивнул и сгрёб угли в кучу.

@темы: бредни лингвиста-маньяка, безумству храбрых..., альтернативный перевод, Эрагон

Замок-под-звёздами

главная